МЭРИЛИН: «Моя мать всегда жертвовала собой ради других. Что бы ни произошло, она никогда не сердилась, не выходила из себя. Она очень часто плакала, но ни разу я не ви­дела, чтобы она гневалась. Все мои подруги говорили, что за­видуют мне — вот бы у них тоже была такая мама. Поэтому я очень ею гордилась. Однако теперь, оглядываясь назад ...

ФИЛИП: «Мой отец был человеком немногословным и строгим. Он никогда не говорил нам, что любит нас или что гордится нами. Когда мы, дети, делали какую-нибудь ошибку, он задавал нам хорошую взбучку, а если мы делали все, как надо, он просто молчал. Не помню, чтобы он хоть раз прилас­кал мать.